Войти Регистрация

Войти

|
A A A

Ночлежка... Обзорная тема

17 нояб 2019 10:31 - 17 нояб 2019 12:05 #1 от Cedars
Ночлежные дома — заведения, предоставляющие ночлег бездомным, а в ряде случаев также помощь пропитанием, деньгами или одеждой.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 10:32 - 17 нояб 2019 10:34 #2 от Cedars
История

Первый ночлежный приют в Западной Европе был устроен в 1361 году; им могли пользоваться только дряхлые и немощные; здоровым, после нескольких посещений, отказывали в приёме. Позже в некоторых странах, как, например, Англии, существовали специальные законы о бедных, содействующих попечению о бедных со стороны общин и приходов; кроме того, в Англии, Франции, Бельгии и некоторых других развитых странах существовало немало обществ, ставивших своей коммерческой задачей устройство и улучшение рабочих жилищ.


В России ночлежные дома начали возникать в 1860—1870-е годы. Их появление было связано со стремительным переселением обедневшего крестьянства в большие города ради заработков.

Первые ночлежные дома возникали в местах, где происходил наём чернорабочих. В основном это были дешёвые гостиницы с койкой (нарами) в общих спальнях. В Москве, таким местом был Хитров рынок, описанный В. А. Гиляровским: «Двух- и трёхэтажные дома вокруг площади все полны такими ночлежками, в которых ночевало и ютилось до десяти тысяч человек. Эти дома приносили огромный барыш домовладельцам». Часто, из-за недостаточности мест, многие ночлежники спали под нарами на полу. Во многих ночлежных домах обычным явлением была грязь, сырость и мрак, вечно царящие в этих, большей частью подвальных, помещениях. Быт частного ночлежного дома представлен в описании декораций к пьесе Максима Горького «На дне»: «Подвал, похожий на пещеру. Потолок — тяжёлые, каменные своды, закопчённые, с обвалившейся штукатуркой. Свет — от зрителя и, сверху вниз, — из квадратного окна с правой стороны… Везде по стенам — нары… Посредине ночлежки — большой стол, две скамьи, табурет, всё — некрашеное и грязное». В отличие от частных ночлежек, заведения для бездомных, организуемые благотворителями, отличались сносными условиями; строго ставились требования санитарии — одежда дезинфицировалась в специальной просушке, кровати размещались на расстоянии полуаршина друг от друга или разделялись бортиками.

Учреждали их частные лица или общественные учреждения либо благотворительные общества. Однако в Вятке (1872), Одессе (1875), Варшаве и некоторых других городах ночлежные дома открылись первоначально при полицейских участках, по инициативе местных полицейских органов. В Киеве 17 января 1879 год дума ассигновала 2500 рублей на наём домов для ночлежных приютов. В Санкт-Петербурге первый ночлежный дом на 35 ночлежников и 15 ночлежниц был открыт в 1883 году стараниями доктора Н. Дворяшина на средства «Общества ночлежных домов в Петербурге»; идея была поддержана вступившими в Общество в 1880-е годы такими влиятельными общественными и государственными деятелями, как священник Иоанн Кронштадтский и товарищ министра внутренних дел И. Н. Дурново и вскоре открыло ещё три ночлежных дома, в общей сложности на 900 человек.

С 1880-х годов помощь нуждавшимся в жилье стала важной частью российской благотворительности, и количество заведений для ночлега значительно возросло.


В начале XX века крупнейшими ночлежными домами являлись: Ермаковский и Морозовский — в Москве (на 1500 и 800 человек), Бугровский — в Нижнем Новгороде (900 человек), Ваныкинский[3] — в Туле (250 человек).

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 10:36 #3 от Cedars
Английское слово "hangover" (похмелье) образовано от "hang over" (нависать) и ведёт начало от так называемой "верёвочной кровати" в ночлежках для бездомных. Крепкий здоровый сон на верёвке обходился в 2 пенса.




"Полноценное" спальное место здесь стоило 4 пенни и представляло из себя продолговатый деревянный ящик (Coffin house); эти ящики длинными рядами выставляла на заброшенных складах "Армия Спасения".

А за один пенни можно было просто прийти посидеть на скамейке в тёплом помещении (Penny sit-up), но спать при этом не разрешалось.




Coffin house
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 10:38 #4 от Cedars
1930 г. Приют для бездомных в Берлине

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше

Реклама от Market-Studio.com

Рекламное агентство МаркетСтудия Восемь предлагает: Разработка и продвижение сайтов. Доступные цены от 3000 рублей Обучение вашего персонала работе с собственным сайтом или форумом. Продвижение сайта в поисковиках, форумах, каталогах сайтов.
Построение системы интернет-коммуникаций (под ключ) с клиентом...
Продвижение в социальных сетях: вКонтакте, Facebook, Twitter, Мой круг, Одноклассники...

Справки по тел: +7.902.5198658 или WhatsApp: +79025198658
17 нояб 2019 10:42 #5 от Cedars
Съёмщики кроватей (нем. Schlafgänger, Bettgeher, Schlafbursche) — люди, которые арендовали кровать для сна на несколько часов за небольшую плату. Возникновение таких арендаторов связано с индустриализацией и недостатком и дороговизной жилья, не способного вместить всех горожан.




Припозднившийся съёмщик кровати на картине Генриха Цилле
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 10:53 - 17 нояб 2019 10:54 #6 от Cedars
Россия, ночлежки, 1920-1923 г


Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 11:01 - 17 нояб 2019 11:02 #7 от Cedars
Хитров рынок. Ночлежный дом



Дата съемки: 1900 - 1910

Площадь была создана и подарена городу в 1824 году генерал-майором Николаем Захаровичем Хитрово, взявшим на себя расходы и хлопоты по благоустройству этой части Москвы после пожара 1812 года. Название площадь получила по имени своего создателя.


27 марта 1928 года на Хитровской площади был открыт сквер.
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 12:03 - 17 нояб 2019 12:05 #8 от Cedars
Регистрация ночлежников
Дата съемки: 1920 - 1939
Челябинская губ., г. Челябинск


В 1921 году 40 % территории России охватил страшный голод. Голодало 23 миллиона человек. Спасаясь от голода, население бежало в хлебные районы Сибири. На челябинском вокзале скопились массы отчаявшихся людей. Среди них были беженцы из Польши, Литвы, Латвии, Белоруссии, были русские солдаты и иностранные военнопленные. В 1921 году в Челябинском эвакопункте было зарегистрировано 100 тысяч беженцев. Каждому нужно было предоставить кров, пищу. За зиму 1921–1922 годов было проведено 691 249 кормлений, выдавался только сухой паек.

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 нояб 2019 13:24 #9 от Cedars
Ночлежный дом Бугрова перед открытием
Дата съемки: 1890-е
Бугровский ночлежный дом был построен в 1880-1885 годах купцами Бугровыми по проекту архитектора Федора Николаевича Фалина. Ночлежка, рассчитанная на 900 человек, предназначалась для обитателей городского дна. Бесплатно каждому выдавали фунт хлеба и кипяток. Рядом с ночлежкой на Зеленском съезде Николай Александрович Бугров выстроил в 1885-1888 годах доходный дом, прибыль от которого шла на содержание ночлежного дома.




Ночлежный дом Бугрова перед открытием. Кулачный бой
Дата съемки: 1897 - 1903

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
18 нояб 2019 11:00 #10 от Cedars
Coffin house
Лондон, 1901 г

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
18 нояб 2019 11:06 #11 от Cedars
Из мест ночлега на Хитровке наиболее известны были ночлежный дом Ярошенко в Подколокольном переулке, в который ходили «знакомиться с материалом» перед постановкой горьковской пьесы «На дне» актеры Художественного театра, а также страшноватая, красочно описанная Гиляровским «Кулаковка», которая находилась на углу Подколокольного и Певческого переулков. (Любопытно, что дочерью владельца «Кулаковки» была та самая Л. И. Кашина, которая послужила С. А. Есенину прототипом Анны Снегиной в его известной поэме.) Эти и другие ночлежки были платными; провести в них ночь стоило пятак — стандартная цена по Москве. Была и бесплатная ночлежка братьев М. и Н. Ляпиных — большой четырехэтажный дом на углу Большого Трехсвятительского переулка. Из четырех этажей два нижних было предназначено для женщин, а два верхних — для мужчин. Рассчитан он был на семьсот мест, но порой принимал и свыше тысячи ночлежников.

Ночлежные дома открывались зимой в 5 часов вечера. Желающих переночевать всегда было больше, чем мест, особенно в бесплатном Ляпинском доме, так что очередь образовывалась задолго до открытия и растягивалась на большое расстояние. В ожидании мучились от холода в своих легких костюмах; у кого были деньги, обогревались сбитнем, который предлагали предприимчивые разносчики. «Люди жались друг к другу, корчились, топотали ногами, ругались, проклиная тех, кто так долго не отворяет дверей…» — вспоминал С. П. Подъячев, которому самому доводилось быть клиентом Ляпинского дома.

Когда двери наконец распахивались, намерзшаяся толпа, толкаясь и напирая, вваливалась внутрь и люди бегом неслись наверх занимать места на нарах. Нары внутри просторных темноватых комнат, со стенами, выкрашенными немаркой масляной краской, стояли в два яруса. Жесткие лежаки ничем не были покрыты и имели металлические бортики, разграничивающие лежачие места. Подушкой служил металлический подголовник, намертво прикрепленный к доскам. В щелях между досками кишели клопы и блохи, так что ночевать было во всех отношениях беспокойно.

Пускали в «палаты» до упора: сперва на нары, потом на пол под нары, потом в проходы. Только когда все свободное пространство оказывалось занято, впуск прекращали. Помимо лежачего места в стоимость ночлега входила цена кипятка, который предлагали клиентам из большого водонагревательного куба. Иногда к кубу подвешивали на крепкой цепи металлическую или глиняную кружку, но ночлежники умудрялись «сблаговестить» (украсть) ее, невзирая ни на какие цепи, и потому воспользоваться кипятком в основном удавалось тем, кто располагал какой-нибудь собственной тарой. В «Ляпинке» по утрам каждому переночевавшему бесплатно выдавалась кружка сбитня.

Курить в ночлежках не запрещалось и воздух здесь всегда бывал насыщен не только обычными запахами бедности, но и табачным дымом, смешанным с вонью карболки, которой по приказанию санитарной инспекции каждое утро мыли пол.

В шесть часов утра ночлежников будили пронзительным звонком. После этого полагалось вставать и идти восвояси. Минут через пятнадцать раздавался второй звонок и сторожа принимались кричать: «Эй, все вон отсюда! Живо!..» Когда ночлежный дом пустел, его подвергали «санобработке»: проветривали, мели и мыли полы.

В 1880–1890-х годах постоянным обитателем хитровских ночлежек был знаменитый художник А. К. Саврасов, страдавший в конце жизни тяжелым алкоголизмом. Талант он фактически пропил, но громкое имя оставалось, и зарабатывать ему приходилось базарной мазней. На Сухаревке у него были постоянные клиенты, которые периодически «отлавливали» Саврасова, сажали его под замок в обществе кистей и красок и не выпускали до тех пор, пока не выдаст на-гора несколько пейзажей — как правило, вариаций на его прежние популярные сюжеты, наиболее часто — «Грачи прилетели». За каждую картину художник получал «на бутылку» (где-то около полтинника), а на Сухаревке потом эти вещи продавались по три — пять рублей.

Вообще же, как отмечал писатель П. Д. Боборыкин, среди завсегдатаев ночлежек было немало и «чистой», или бывшей «чистой», публики. «Обездоленные и впавшие в нищету отбросы общества приходят каждую ночь согреться и получить место хоть на полу — отставные офицеры, бывшие помещики, старые барыни, выгнанные чиновники. Некоторые бывают весьма прилично одеты».

Помимо Хитровки, ночлежные дома имелись и в других местах Москвы. Много их было за Рогожской заставой в Новой деревне (для платы за ночлег и поправки с перепою местные обитатели частенько лазили в выставленную на продажу фабрику Кокорева, отвинчивали там от машин какие-нибудь детали и продавали в местную лавочку).

В 1879 году был открыт ночлежный дом имени К. В. Морозова у Краснохолмского моста в Рогожской части. Он был бесплатный, рассчитанный на 1300 человек и имел дешевую столовую, в которой за 2 копейки можно было получить чай и за пятачок — обед. На рубеже веков открылись ночлежные дома во владении Альшванг на Трифоновской улице (на 700 человек), Александрова в Покровском переулке, Ермаковский на Домниковке на 1500 человек. При последнем были чайная, баня и прачечная. Ночевать стоило 6 копеек, обед обходился в гривенник, а баня и прачечная в пятак.

К концу века в Москве было довольно много дешевых благотворительных столовых, содержавшихся на частные средства. К таким относились, к примеру, столовые Общества попечения о народной трезвости, где обед из двух блюд (с неограниченным количеством хлеба) стоил 7 копеек. За счет благотворителей содержались бесплатные столовые, в которых могли кормиться те, чьи дела были совсем плохи. Были такие и на Хитровке. Когда у москвича совершалась радость (к примеру, рождался сын или внук) или умирал кто-нибудь из близких и он хотел как-то отметить это радостное или печальное событие, он мог поехать в одну из таких столовых и внести посильную сумму, на которую и устраивался заздравный или поминальный обед. Расчет был 10 копеек на каждого обедающего; внесший 10 рублей мог, таким образом, накормить сотню голодных. На этот гривенник в столовой давались тарелка щей с мясом, фунт хлеба (около 400 граммов), тарелка гречневой каши с топленым маслом и блюдечко кутьи. Перед обедом объявлялось, что он дается «во здравие» или «за упокой раба Божьего такого-то». Кто-то из обедающих молился за благодетеля, кто-то не хотел, но никто никого не принуждал — их воля. Обедов отпускалось столько, сколько внесено было пожертвований.

Подобные поминальные и заздравные обеды устраивались и разово частными лицами из среднекупеческой и мещанской среды, причем по окончании обеда его участникам из «нищей братии» выдавалась милостыня — по пятаку или гривеннику на человека.

В этой же среде были и постоянные благотворители, кормившие и оделявшие деньгами почти всякого нищего и бродягу, заходившего к ним во двор.

Так, к окнам дающих милостыню на Рогожской с раннего утра собиралось несколько десятков нищих и в ожидании хозяйки вопили на разные голоса:

— Господи Иисусе Христе, Сыне Божи, помилуй нас, грешных! Кормилица наша, Александра Абрамовна, подай, Христа ради!

Среди московских нищелюбцев особенно славилась в низовой Москве Александра Ивановна Коншина, владелица особняка на Пречистенке (нынешний Дом ученых), о которой рассказывали множество баснословных историй.

«Придет, бывало, какая-нибудь бабенка-пьянчужка, — записывал одну из таких историй Е. З. Баранов. — И-и… расплачется, расхнычется — косушку сорвать метит. Глянет на нее Коншиха раз, другой, нахмурится.

— Ты это, говорит, что же, раба Божия, неумывкой ко мне пришла?»

И посылала свою кухарку Анисью сперва отмыть как следует «рабу Божью». Потом отмытую бродяжку снова представляли «Коншихе».

«— Ну вот, говорит, мало-мало на человека стала похожа. Ты, говорит, раба Божия, водку пьешь?

А та и заклянется.

— Дай, говорит, Бог, скрозь землю провалиться, ежели пью…

Ну, Коншиху, не обманешь, она видит сову по полету.

— Врешь, врешь! — говорит. — Тебя по бельмам видно, что трескаешь. Анисья, говорит, дай ей водки, накорми, да полтину в зубы — пусть идет на все четыре света белого».

В 1880-х годах вблизи Смоленского рынка жил человек, знавший наизусть всех московских филантропов обоего пола и охотно, за процент, сообщавший их адреса заинтересованным нищим. Каждое утро, часов в восемь, к нему приходили клиенты, и он лично отводил каждого к подходящему благодетелю, а потом ждал у ворот и отбирал половину вырученной суммы. Все «таксы» московских благотворителей он также знал наизусть.

Помимо Хитрова рынка трущобный характер во второй половине века носили многие окраинные районы Москвы. Много ночлежных и коечных домов было за Зацепой, по окраинам Замоскворечья, на Пресне и в Рогожской слободе, где особенно выделялась своим почти сплошь деклассированным населением улица Хива — ее название даже стало нарицательным и прозвище «хива» было синонимом босяка или оборванца.

Любопытно, что при всем очевидно нехорошем характере городских трущоб москвичей неизменно грела мысль, что европейские трущобы еще хуже. Как писал П. Д. Боборыкин, «общий вид этих домов менее мрачен, чем иные лондонские трущобы: входы и коридоры всегда освещены по требованию полиции, особенного смрада и грязи нет. Большинство ночующих, конечно, живут у себя в деревне, в избах, теснее и грязнее. Ночью, после полуночи, бывают внезапные обходы полиции, и тогда набирают по нескольку сот беспаспортных».

Вера Бокова. "Повседневная жизнь Москвы в 19 веке"

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
19 нояб 2019 12:34 #12 от Cedars


"«Двухпенсовый подвес» — ночевка классом чуть повыше уличной, клиентов сажают на длинную лавку, натянув перед ними канат, который удерживает спящих, как поперечная жердь клонящейся трухлявой изгороди. В пять утра человек, насмешливо называемый камердинером, канат снимает. Сам я в подвесах не бывал, но Чумарь ночевал там часто и на вопрос, можно ли вообще спать в подобном положении, ответил, что не так худо, как слабаки про то трезвонят, – лучше уж, чем на голом полу. Подобного типа пристанища есть и в Париже, только стоят там не два пенса, а двадцать пять сантимов (полпенни)."

«Фунты лиха в Париже и Лондоне» Джордж Оруэлл: http://book-online.com.ua/read.php?book=6408&page=70 .

Существующая версия что от «верёвочных кроватей» в ночлежках для бездомных произошло английское слово «hangover» (похмелье), якобы образованное от «hang over» (нависать), ошибочна и является народной этимологией.

«Полноценное» спальное место в таких ночлежках стоило 4 пенни и представляло из себя продолговатый деревянный ящик (Coffin house); эти ящики длинными рядами выставляла на заброшенных складах «Армия Спасения». А за один пенни можно было просто прийти посидеть на скамейке в тёплом помещении (Penny sit–up), но спать при этом не разрешалось.
Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
Время создания страницы: 3.901 секунд

Креативное рекламное агентство и издательское бюро, кадровое агентство МаркетСтудия © 1995-2020 г
Алзамай | Ангарск | Байкальск | Бирюсинск | Бодайбо | Братск | Вихоревка | Железногорск-Илимский | Зима | Иркутск | Киренск | Нижнеудинск | Саянск | Свирск | Слюдянка | Тайшет | Тулун | Усолье-Сибирское | Усть-Илимск | Усть-Кут | Черемхово | Шелехов
Контактный тел: +7.902.5198658 или 8 (39535) 2-66-58, email: info@market-studio.com Телефон бухгалтерии +7.950.11885188


Правила пользования и конфиденциальность | Обратная связь | Телефонный справочник предприятий Усть-Илимска | Электронный справочник предприятий Усть-Илимска (скачать) | Карта сайта

Наш сайт собирает cookies и другие метаданные, чтобы лучше взаимодействовать с вами. Продолжая просмотр страниц сайта, вы соглашаетесь с этим.

Реклама от Market-Studio.com

Предложение для страховых компаний


Одной из основных проблем, с которыми сталкиваются страховые компании, является донесение информации о видах страхования до потенциального клиента наилучшим образом. Ведь клиент, после прослушивания речи страхового агента, пойдёт «переваривать» услышанную информацию, советоваться с родственниками и знакомыми. Естественно, что часть информации он забудет, перепутает. А иногда и слушать не захочет, т.к побоится, что его тут же «разведут на деньги». А так как в наличии имеется поголовная страховая безграмотность, многие просто бояться попасть впросак.

Кроме того, если клиент и определится со страховкой, то часто ему необходимо будет объяснить своё решение «застраховаться» родным. Сумеет ли он аргументировано ответить на все их вопросы и возражения? Доказать свою правоту в том, что он выбрал именно тот страховой тариф и именно ту страховую компанию?

Рекламное агентство МаркетСтудия предлагает проверенное решение!